Консервативный аргумент против промышленного животноводства

Краткое изложение аргумента

Управление

Владычество в библейском смысле — это доверительное управление, а не вседозволенность. То, что доверено, может быть использовано во зло.

Собственность подразумевает долг

Традиционный взгляд общего права заключается в том, что владение животным создаёт обязательства по заботе о нём, поэтому жестокость была криминализирована задолго до того, как благополучие стало политической целью.

Антииндустриализм, про-фермерство

Промышленное животноводство — это история консолидации: меньшее количество более крупных предприятий, контрактные фермеры с малой степенью независимости и опустошённые сельские общины.

Характер

Привыкание к обыденной жестокости было консервативной проблемой задолго до того, как стало прогрессивной — Кант, Бёрк и Скрутон в разной форме высказывают эту мысль.

Управление, а не вседозволенность

Наиболее сильное религиозно-консервативное изложение этого аргумента содержится в книге Мэттью Скалли «Владычество». Скалли, спичрайтер президента Джорджа Буша-младшего, утверждает, что владычество — это мандат на заботу, и что промышленное содержание животных является его предательством — использованием власти над слабыми именно потому, что они слабы. Это классическая консервативная тревога.

Такое же прочтение встречается в разных традициях: доверенной вещью можно пользоваться, но нельзя расточать или злоупотреблять ею. Станок для фиксации свиноматок, в котором свинья не может повернуться большую часть своей продуктивной жизни, трудно назвать заботой при любом толковании доверительного управления.

Философский путь: обязанности по Скрутону

Роджер Скрутон, не являющийся сторонником теории прав животных, в своей книге «Права и заблуждения животных» утверждал, что, хотя животные не могут обладать правами, у нас есть обязанности по отношению к ним — обязанности благочестия, сочувствия и заботы, которые проистекают из нашего положения, а не из их притязаний. Он прямо заявлял, что интенсивное животноводство нарушает эти обязанности, хотя и не нарушает никаких прав.

Эта структура важна. Она означает, что консерватор может отвергнуть весь аппарат философии прав животных и всё равно прийти к выводу, что промышленное содержание животных неправильно. Вам не нужно принимать Питера Сингера, чтобы отказаться платить за клеточное содержание кур.

Вам не нужна теория прав животных, чтобы понять, что станок, в котором свиноматка не может повернуться, — это не управление.

Промышленная ферма — это не семейная ферма

Консервативная привязанность к фермерству — это привязанность к образу жизни: независимое семейное хозяйство, животные на пастбище, знания, передаваемые между поколениями. Промышленное животноводство — враг этой картины, а не её воплощение. Консолидация заменила независимых производителей контрактными фермерами, которые несут долги и утилизируют навоз, в то время как переработчик устанавливает цены и владеет птицей.

Поэтому защита сельской жизни не означает защиту вертикально интегрированной птицеводческой отрасли. Часто это означает обратное.

• —Контрактное выращивание перекладывает риски на фермеров, а контроль — на переработчиков.
• —Концентрированные производства создают внешние эффекты в виде запаха, загрязнения воды и устойчивости к антибиотикам для соседей.
• —Субсидии поощряют масштаб, наказывая именно те мелкие смешанные фермы, которые ценят консерваторы.

Жестокость, характер и закон

Акт Мартина (1822 г.) — «Закон о предотвращении жестокого и ненадлежащего обращения с крупным рогатым скотом» — был принят в парламенте, где доминировали консервативные землевладельцы, а общество, ставшее впоследствии RSPCA, было основано в 1824 году при поддержке духовенства и впоследствии королевской семьи. Законодательство против жестокости — одна из старейших непрерывных нитей британского консервативного законодательства.

Лежащая в основе тревога касалась нас самих не меньше, чем животных: общество, допускающее рутинную жестокость, огрубляет живущих в нём людей. Как бы вы ни относились к метафизике этого утверждения, оно является консервативным, и промышленное животноводство — его самый яркий современный тест.

Что из этого следует на практике

Ничто в этом аргументе не требует принятия более широкой политической программы. Он поддерживает: покупку меньшего количества продуктов животного происхождения, отказ от наихудших систем содержания, прекращение экспорта живых животных, отмену субсидий, стимулирующих масштаб и содержание в неволе, а также честную маркировку, чтобы потребители могли осуществлять суждения, которые, как предполагается, у них есть на рынке.

Часто задаваемые вопросы

Источники

• Мэттью Скалли, Dominion (2002)
• Роджер Скрутон, Animal Rights and Wrongs
• Парламент Великобритании — Акт Мартина 1822 г. и благополучие животных
• USDA ERS — консолидация в сельском хозяйстве США

Продолжить